Новости

12/25 февраля: НЕДЕЛЯ О МЫТАРЕ И ФАРИСЕЕ.

21:01

В Евангелии от Луки, 18, 9-14 читаем: «..Сказал [Господь] также к некоторым, которые уверены были о себе, что они праведны, и уничижали других, следующую притчу: два человека вошли в храм помолиться: один фарисей, а другой мытарь. Фарисей, став, молился сам в себе так: Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи или, как этот мытарь; пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю. Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять глаз на небо; но, ударяя себя в грудь, говорил: Боже! будь милостив ко мне, грешнику! Сказываю вам, что сей пошел оправданным в дом свой более, нежели тот; ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится».

Неделя о мытаре и фарисее – первый воскресный день, с которого начинается приготовление верующих к началу Великого поста. Фарисей считал высшим проявлением праведности внешнее выражение почитания Бога: пост, исполнение обрядовых законов – и тем самым растил в своей душе тяжелейший грех гордости. Мытарь же – сборщик налогов, презираемый всеми людьми, — осознавал свою греховность и искренне исповедовал ее перед Богом, не считая возможным превозноситься перед кем-либо или кого-то осуждать; поэтому Господь и именует его «более оправданным».
Молитва мытаря – «Боже, милостив буди мне грешному» — принята Церковью как общеупотребительная, уместная всегда и для каждого из нас.
Святитель Игнатий Брянчанинов

Из ПОУЧЕНИЯ в Неделю о мытаре и фарисее.

По какому поводу Господь сказал эту притчу? Он сказал ее к людям, которые обольщены и об­мануты самомнением, полагаются и уповают на свою праведность, на свои добрые дела, смотрят из своего самомнения и самообольщения на про­чих людей, их уничижают, то есть низко думают о них, презирают, осуждают, злословят и тайно, в душе своей, и явно, пред человеками.

По какой причине Святая Церковь положи­ла чтение этого Евангелия пред вступлением в поприще Великого поста? — С целию охранить нас от самомнения и уничижения ближних, при которых чувство покаяния никак не может усвоиться сердцу. Если же пост не украсится плодом покаяния, то и постный подвиг останется тщетным. Этого мало, он принесет нам вред, уси­лив в нас самомнение и самоуверенность. Тако­во свойство всех телесных подвигов и видимых добрых дел. Если мы, совершая их, думаем при­носить Богу жертву, а не уплачивать наш неоплат­ный долг, то добрые дела и подвиги соделываются в нас родителями душепагубной гордости.

За что же фарисей воздает хвалу Богу? Не по причине ли необъятного величия Божия, приводящего в удив­ление и недоумение всю разумную тварь? не по причине ли непостижимого и неизреченного ми­лосердия Божия, допускающего ничтожной тва­ри, человеку, беседовать с Богом? не по причине ли бесчисленных благодеяний Божиих, излитых на человечество? Нет! Хвалу Тебе воздаю, говорит фарисей, яко несмь, якоже прочии человецы. Фари­сей в ослеплении своем воздает хвалу Богу за свое состояние самодовольства и самообольщения. Дерзкая и лукавая форма хвастовства! всегда соединено с так называемою бесовскою прелестию, состоит в принятии лжи за истину, в увлечении ложью. Мрачен взгляд фарисея из его самообольщения на человечество! Несмь, якоже прочны человецы, го­ворил он, хищницы, неправедницы, прелюбодее, или якоже сей мытарь. Откуда получил он такое познание, которое выражает с такою определенностию и уверенностию? как мог он знать с точностию и подробностию деятельность и совесть всех человеков, чтоб возложить на них тяжкое и всеобъемлющее обвинение?

Евангелие не упоминает ничего ни о грехов­ности, ни о праведности мытаря, а только выс­тавляет в пример подражания образ его молит­вы, состоявшей исключительно из сознания сво­ей греховности и из смиреннейшего прошения у Бога о помиловании. Причина такого изложе­ния очевидна. Все человеки, без исключения, грешны пред Богом, все нуждаются для спасения в прощении и милости.