Новости

Еже по плоти Рождество Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа.

10:33

«…Хотя бы грех унизил тебя до ското¬подобных страстей и похотей, хотя бы ты совестью принужден был сам на се¬бя обратить пророческое обличение: человек в чести сый не разуме, приложися скотом несмысленным и уподобися им (Псал. ХLVIII,13), и тогда не должен ты отчаиваться в снисхождении Спа¬са своего. Который, не возгнушавшись возлечь в яслях, не возгнушается и в яслях души твоей почить Своею благодатию и Своим миром…», — сказано у Святителя Филарета, Митрополита Московского.
Явление Хри¬стово по плоти отмечено явствен¬ными признаками беспо¬койства, волнения, настоящая причина которых пока еще сокрыта от человека. Верблюды волхвов едва вступили во Иерусалим; вопрос, с которым пришедшие с Востока обращаются к прохожим, — «Где родившийся Царь Иудейский?», — лишь только задан и навряд ли всеми понят, — но Св. Евангелист недаром говорит нам: «…Ирод царь смутися, и весь Иерусалим с ним» (Матф.2,3). Впрочем, поведение Ирода не было случайным. Его правление было длитель¬ным (37 лет) и, если позволительно так выразиться, успешным в смыс¬ле мирском, т.е. общественно-политическом, эконо-мическом и военном. Ко второму де¬сятилетию царствования Ирод присо¬единил к своим владениям Северную Палестину и значительные части се¬верного Заиорданья. Затем он присту¬пил к реконструкции Иерусалимского Храма.
«Грандиозная постройка Ирода, хотя в общем и удержала основной тип богооткровенного храма, но имела и много таких особенностей, на которых отразилось влияние частию позднейшего суемудрия фари¬сейского. частию же инородных языческих архитектур», — писал в 1890 го¬ду российский исследователь-библеист Митрофан Муретов.
В западной части горы Сионской Ирод возвел большой дворец, ставший впоследствии резиденцией римских про¬кураторов. Вновь получившая утра¬ченную было автономию страна по¬крылась десятками крепостей. И в последние годы жизни обречен¬ный и потерявший разум жестокий правитель Ирод, каз¬нив жену и сыновей, перебирался из одной возведенной его стараниями горной крепости в другую, спасаясь от воображаемых (и настоя¬щих) врагов. Для правильного понимания одного из существенных мест в евангельском повествовании нам важно знать, что в на¬роде Ирода, невзирая даже на возобновленный им храм Иерусалимский, признавали только царем иудеев, мирским начальником, — в отличие от Царя Иудейского, как принято было именовать Помазанника-Мессию. Потому-то он и «смутился», услышав вопрос, заданный волхвами, искавшими именно Царя Иудейского, а не земного властителя.
Но не в его силах было изменить предначертание Божие.

Взволнованы не только люди, но и сама природа. «Земля на иконе Рождества не изображена гладкою или ровною, нет, она вся полна движения, — сказано в заметках инока-иконописца Гри¬гория (Круга). — И эта холмистость, неровность земной по-верхности не является только свидетельством о местности не¬ровной и гористой близ Вифлее¬ма… Земля узнала день своего посещения. Она ответила Христу тем, что вся ожила, она как те¬сто, — вся начала вскисать, по¬тому что почувствовала в себе закваску вечной жизни. И эти волнистые и уступчатые склад¬ки земли, окружающие вертеп, не пустынны, но полны тревожно¬го и радостного движения».
Только радость эта — не для всех, ибо одни еще не в состоянии вме¬стить ее, а другие — по своей воле отрицаются Спасения: мiр уже разделен, и в скотских яслях «ле¬жит Сей на падение и на восста¬ние многих во Израиле, и в знаме¬ние прорекаемо» (Лук.2,34). «Пре¬рекания» не обошли и самых ближних: «Характерно для мно¬гих икон Рождества, что Матерь Божия обращена ликом не к Спа¬сителю, но к Обрученнику. Лицо Ее выражает глубокую заботу… Матерь Божия как бы хочет все¬ми силами помочь Иосифу, погру¬женному в глубокую скорбь, из¬мученному сомнениями…», — продолжает инок Григорий.
«Буря помышлений сумнитель¬ных» то отпускала Иосифа, то с новою силою терзала его сердце. Отражение этой сердечной брани донесли до нас апокрифы. Но только из принятого Церковью Благовествования – мы узнаем о главном: доброта и самоотвержение Иосифа, не желавшего «огласить» Марию (Матф., 2, 19) были как бы нарушением ветхого уходящего За¬кона и «преданий старцев». Обрученник возвел благодать над законом, — и тог¬да, в ответ на его «неза¬конную» доброту, ему было ниспослано Господне откровение: «Иосиф сын Давидов! не бойся при¬нять Марию, жену твою; ибо родившееся в Ней есть от Духа Святого»(Матф.,2,20).
Однако слухи и пересуды в народе не утихли. Может быть, именно потому Иосиф ре¬шился отправиться в Вифлеем вместе с Марией, дабы близкие роды, к которым готовилась Ма¬терь Бога нашего, произошли подальше от взбудораженных и недоверчивых соседей.

«В то время как на Западе не¬нужно передвигались легионы, произносились пустые речи и пи¬сались бессильные законы — в Вифлееме и Иерусалиме решались судьбы и Востока, и Запада», — заметил некогда русский писатель В.В. Розанов.
«Бессильный закон» сам того не подозревая, споспешествовал истории нашего спасения: быв¬шая на сносях Богородица оказа¬лась в предместьях Вифлеема, по¬тому что в вассальной Палестине по указу императора Августа проводилась подушная перепись.
«В те дни вышло от кесаря Авгус¬та повеление сделать перепись по всей земле. Эта перепись была первая в правлении Квириния Сириею. И по¬шли все записываться каждый в свой город. Пошел также и Иосиф из Галилеи из города Назарета в Иудею в город Давидов, называемый Вифле¬ем, потому что он был из дома Дави¬дова, записаться с Мариею, которая была беременна» (Лука, 2; 1-5).
Так сбылось пророчество о Рождестве Христовом в Вифлее¬ме Иудейском.

По свидетельству Евсевия Памфила, прозванного «отцом церковной исто¬рии», первохристиане Палестины часто паломничали к вифле¬емскому Вертепу: для них он стал символом перехода души от тьмы к свету, символом Божественного Сияния, осветившего темные каменные своды пещерки-хлева во неизобразимое мгновение Рождества Христова.

Кондак праздника:
Дева днесь Пресущественнаго раждает, и земля вертеп Неприступному приносит: ангели с пастырьми славословят, волсви же со звездою путешествуют: нас бо ради родися Oтроча младо, Превечный Бог.