Основы православия

• СВ. БОГОЯВЛЕНИЕ (КРЕЩЕНИЕ) ГОСПОДА БОГА И СПАСА НАШЕГО ИИСУСА ХРИСТА

  «.Значимость Иордана невозможно переоценить, ибо историческая роль реки превышает все мыслимые рациональные выкладки», — писал знаменитый археолог Нельсон Глюк об этой мутноватой, невеселой, а кое-где и опасной речке.

  Из ветхозаветной книги Иисуса Навина следовало, что в воду Иордана были ввергнуты камни — в память чудесного перехода израильтян по дну реки словно посуху; блаженный Иероним, живший на Святой Земле в IX ст., свидетельствует, что эти камни, поставленные на месте прохождения, были видны еще в его время. Именно там, возле селения Вифавары (что означает переправа) крестил народ последний Пророк Ветхого, уходящего, Завета. И, указуя на белесые скользкие глыбы, он произнес грозно:

  «И не думайте говорить о себе: отец у нас Авраам, ибо говорю вам, что Бог может из камней сих воздвигнуть детей Аврааму» (Мф. 3, 9).

  Впрочем, по иным толкования, Креститель под камнями разумел язычников, — хотя трудно понять, откуда в толпе, окружавшей пророка, взялось сколько-нибудь заметное число таких, кто бы не исповедовал закон Моисеев. Так или иначе, а паломники несли — и по сей день несут — от святой реки источенные, округленные струями иорданских вод каменные обломки; и не все ли мы из них возведены в сыновей Аврааму?

  «Начало миру — вода, начало Евангелию — Иордан», — сказано у св. Кирилла Иерусалимского. Как во втором стихе книги Бытия, в день Крещения дух Божий вновь парил над водою, — над мокрыми русыми («кои вились на оконечности» — церковный историк Никифор Каллист) волосами Христа, и Сам Бог-Отец, Господь Воинств, — по выражению одного современного церковного автора, — не стерпел и воскликнул: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, о Нем же благоволих!»

  Придя в 28 г. к селению Вифавара, что находилось в нескольких километрах от Мертвого моря, Господь знал «что Он делает и для чего Он делает» (прот. А.В. Горский). «Иисус Христос требует для Себя крещения, как символа покаяния в грехах человечества», — читаем мы в одной из праздничных проповедей. Но верно ли здесь, применимо ли – само понятие символа?

  «Он приходит на иорданские воды с тем, чтобы омыть грехи мытарей и грешников, — говорит святой Иоанн Златоуст. — О новое чудо! О неизреченная благодать! Христос совершает подвиг, а я получаю почесть; Он воюет с диаволом, а я оказываюсь победителем; Он крестится, а с меня снимается скверна…»

  И Предтеча, исполненный пророческого духа, знает, что вот сейчас, на его глазах, Агнец Божий берет на Себя грехи мира, и, по-человечески, пытается удержать Его:

  - «Аз требую Тобою креститися, и Ты ли грядеши ко мне?!» (Мф. 3, 14).

  Через три года о том же спросил Его Апостол Петр:

  - «Господи! Тебе ли умывать мне ноги?» (Ин. 13, 6-7).

  И ответ был схож: «Оставь теперь; ибо так надлежит нам исполнять всякую правду. Так Господь отвечает Иоанну Предтече. А вот ответ Петру: «Что Я делаю, теперь ты не знаешь, а уразумеешь после» (Ин.13, б-7).

  Иоанн соглашается сразу, ученик — сперва спорит, но и в том, и в другом случае — евангельское служение Христово длится до конца.

  «Преподобный Паисий Великий молился за своего ученика, который отрекся от Христа, и когда он молился, явился ему Господь и говорит: Паисие, за кого ты молишься; ведь он же отрекся от Меня? — но преподобный продолжал жалеть своего ученика, и тогда Господь сказал ему:

  — Паисие, ты Мне уподобился любовью.

  Так стяжевается мир, и кроме сего другого пути нет» (Св. Силуан Афонский. О мире).

  Христос, по словам того же св. Силуана, был «до того печален о народе», что пошел за них на крестную смерть.

  И здесь, на Иордане – положено было начало крестного пути — ведущего к Голгофе и Воскресению.

  «Глас Господень на водах вопиет, глаголя: приидите, приимите вси Духа премудрости, Духа разума, Духа страха Божия, явльшегося Христа. Днесь вод освящается естество, и разделяется Иордан, и своих вод возвращает струи, Владыку зря крещаема» (из праздничной службы).

• Введение (Вход) во храм Пресвятая Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Марии

  Подробности, отраженные в двунадесятом празднике Введения во Храм Иерусалимский юной Отроковицы Марии — Храма Одушевленного, предназначенного стать новым Домом Божиим (как и обстоятельства Рождества Богородицы) — мы находим в одном из древнейших вероисповедных памятников христиан Палестины: так называемом Протоевангелии Иакова (Иаковля Повесть). Изучение этой книги, отразившей в себе Святое Предание, подтверждает, что почитание Богоматери было усвоено первоначальной Церковью никак не позже начала II столетия.

  «…Дитя достигло двух лет отроду, и сказал Иоаким: возьмите Ее в Храм Господень, во исполнение обета, который приняли мы на себя и должны исполнить; дабы не взыскал с нас Господь, и дар наш чтобы не стал неприемлем для Него. И сказала Анна: дождемся третьего года, чтобы не задержать Дитяти дольше с отцом Ее и матерью Ее. И когда сравнялось Дитяти три года, сказал Иоаким: призовите непорочных девиц от дочерей Еврейских и вручите каждой по светильнику, и дайте им зажечь их, и пускай не оборачивается Дитя назад, и сердце Ее да не отвратится от Дома Божия. И сделали так, доколе не вошли во Храм. И принял Ее священник, и облобызал Ее и ж благословил Ее, говоря: возвеличит Господь Бог имя Твое во все роды; в Тебе, в конце времен, возвестит Господь избавление детей Израилевых» (Протоевангелие Иакова, 7,1-6; по изданию Коллинза, Лондон, 1980).

  Далее в Иаковлевой Повести рассказывается, что юная Мария была возведена на третью ступень храмового жертвенника «и излилась на Нее милость Божия, и заплясало Дитя от радости», — от неизреченной радости встречи с Духом Господним,– так же как спустя почти полтора десятилетия взыграл радостно младенец во чреве Елизаветы, матери Иоанна Крестителя, когда Богородица и Приснодева Мария, Храм Нерукотворенный, вошла в дом Захарии и Елизаветы, — родителей будущего Предтечи Господня (Лук., 1,39-45).

  Благочестивая традиция прибавляет что чередной священник (в некоторых источниках утверждается, что им был именно Захария) по откровению Божьему ввел трехлетнюю Марию в Святая Святых Иерусалимского Храма; это привело в изумление не только людей», — но и Силы Небесные, «ангели вхождение Пречистыя зряще удивишася: како Дева со славою вниде во Святая Святых». Напомним что предание утверждает, будто бы правом лицезрения Святая Святых пользовался Апостол Иаков-брат Божий, — которому и приписывается Иаковля Повесть.

  Отроковица Мария воспитывалась при Храме Иерусалимском «как голубица и получала пищу из рук Ангельских» — причем, историческая достоверность того, Она могла быть оставлена на жительство на святой горе Мориа подтверждается даже внехристианскими свидетельствами. Известно, что здесь были построены тридцать трехэтажных «каменных храмин, пространных и красивых… В этих храминах были помещения для различных лиц: особо жили девы, до времени посвящения на службы Богу» (Привожу по: С.В. Булгаков. Настольная книга для священно-церковно-служителей, Харьков, 1900).

  Сказать, когда в точности праздник Входа (или Введения) во Храм стал частью богослужебного круга Двунадесятых, затруднительно. Известно лишь, что начало празднования связано со знаменитейшей иерусалимской постройкой византийских времен — Базиликой Пресвятой Богородицы, которую возвел на южном склоне Храмовой горы император Юстиниан в шестом столетии по РХ. Развалины этой базилики, известной под именем «Неа» (Новая) обнаружились в ходе раскопок в Иерусалиме в первой половине 70-х годов. Видимо о «Неа» упоминает историк VI в. Прокопий. Впрочем, еще в прошлом столетии отечественный церковный писатель и историк Авраам Сергеевич Норов беседовал во Св. Граде с палестинскими христианами, что «доселе указывают на бывшую древле Церковь Введения Богородицы приписывая построение ее царице Елене» (См. «Путешествие по Святой Земле в 1835 г.»).

  Освящение базилики «Неа» происходило в 548 году — и постепенно ежегодный храмовой праздник связался с соответствующим рассказом Иаковлевой повести. Тем не менее, даже через сто лет после освящения приснопамятный патриарх Иерусалимский Софроний, говоря в одной из своих проповедей о пребывании юной Марии во Храме, — о церковном празднике Введения не упоминает.

  В 638 году «Неа» обратили в мечеть. Храмовый праздник более не отмечался. Но именно от тех времен, начиная со второй половины седьмого столетия, последование Введения Пресвятыя Богородицы во Храм стало исподволь обретать черты самостоятельного праздника.

  Рассказывают, будто бы праздник из Иерусалима попал в Константинополь стараниями св. Андрея Критского, хотя никаких особенных доказательств этому нет. Во всяком случае именно тогда патриарх Константинопольский Герман I посвятил Введению две проповеди. В них говорилось, что введенские праздничные службы возникли совсем недавно. Проповеди патр. Германа относятся к началу VIII в., а в следующем столетии св. Григорием Никомидийским были написаны стихиры праздника, которые поются и поныне.

  Любопытно, что Греческая Православная Энциклопедия упоминает, без подробностей, о каком-то в Риме находящемся изображении юной Богородицы, молящейся на Храмовой горе; изображение это относится к V в.

  «В храме Божии ясно Дева является и Христа всем предвозвещает», — сказано во Введенском тропаре. «И полюбил Ее весь дом Израилев»- говорится в Повести Иаковлевой. Но ведь это только предуготовление к воплощению Христову, и сегодня Она, трехлетняя, не оборачиваясь, на удивление легко взбегает по высоким ступеням к самому жертвеннику, — и с этого Введенского дня Церковь, идя во сретение Рождества Христова, начинает петь:«Христос раждается, славите…».

• 14/27 сентября — Всемирное Воздвижение Честнаго и Животворящаго Креста

  «От первых дней апостольской проповеди, уже начались гонения на Церковь Христову… . Даже самые места распятия, погребения и воскресения Господа забросали множеством камней и мусора, с тем только, чтобы отнять у христиан доступ к ним и возможность узнавать их» (Г. Лаврентьев. Дванадесятые праздники Православной Церкви, СПб, 1862). Но святые места эти, памятующие вольное страдание Спасителя мiра, продолжали притягивать к себе верных.

  В начале второго столетия от Р.X. император Римский Адриан полностью перестроил Святый Град — и отнял у него древнее имя; отныне Иерусалим звался Элия-Капитолина. Среди прочего было велено засыпать лощину меж Голгофскою скалою и садом Иосифа Аримафейского. В дальнейшем заровняли весь участок, примыкающий к местам Крестных мук Господа; для этого пришлось стесать верхушку Голгофы и засыпать пещерку Св. Гроба. На образовавшейся площадке император возвел храм Венеры и Купидона.

  В результате произошло совершенно обратное тому, чего добивались враги Христовы: по промыслу Божию постройка Адриана как бы отметила святыню, тем самым исключив возможность утраты хранимого первоначальной Церковью знания.

  Поэтому от 135 г. (когда имп. Адриан разрешил христианам возвратиться в Иерусалим) и до 326 г. (когда в Иерусалим прибыла св. Елена — престарелая мать Равноапостольного Константина) топографическая история Евангельских событий, сохраненная в первоначальной общине верных, обходилась, — по выражению Греческой православной энциклопедии, — «без темных пятен». Св. Елена смогла обнаружить Гроб Господень и Трепетную Голгофу. «Снимали слой за слоем, — повествует о раскопках современник обретения, «отец Церковной Истории» Евсевий Памфил. — И вдруг, в глубине земли, сверх всякого чаяния, оказалось пустое пространство, а потом — честное и всесвятое знамение спасительного Воскресения». То была гробная пещерка.

  В 351 году св. Кирилл Иерусалимский обратился к преемнику св. Константина — императору Констанцию с письмом, где подробно излагается, — как «во дни родителя твоего Константина, да будет благословенна его память», поблизости от Святого Гроба отыскался Животворящий Крест Господен. Согласно древнему преданию, место, где пребывал Св. Крест, указал, — по принуждению, — некто Иуда, называемый «сыном пророка».

  Но необоримая сила Креста Господня простерлась и на него: воочию видя чудеса от извлеченного из почвы орудия позорной казни, Иуда вместе с прочими своими соплеменниками уверовал в Распятого «и крестился, и был во святом крещении наречен Кириаком; впоследствии он был патриархом Иерусалимским. При императоре Юлиане Отступнике был истязаем за Христа и приняв мученический венец, был сопричтен к лику святых» (см. Четьи-Минеи, Сказание о Воздвижении Креста Господня).

  У св. Иоанна Златоуста сказано, что отличить Крест Христов от таковых же разбойничьих, удалось по табличке с надписью, сделанной по приказанию Понтия Пилата. В описании историка Созомена, — вошедшем в Четьи-Минеи, — рассказывается, что этот отрезок доски обнаружился лежащим отдельно. Распознать Крест Иисусов удалось благодаря чуду исцеления тяжко болящей и — воскрешению. «По выходе Патриарха с Царицею и народом, несшим кресты из дома исцелившейся, им встретились многолюдные похороны одного Иудея. Исполненный веры Патриарх, остановил погребальное шествие и подойдя ко гробу, возложил на мертвеца все три креста…; один лишь Крест Победителя смерти и Источника жизни расторг смертные узы — и умерший ожил!».

  А обретенное Древо, как сказано в письме св. Кирилла Иерусалимского, рассеялось по всей вселенной, ибо части его были розданы церквам. По сей день, рассказывают, идут в Иерусалимскую Патриархию прошения – уделить той или иной поместной церкви частицу Святыни, но удовлетворить их, разумеется, невозможно: именно так, исподволь, исчезла, расточилась доля Креста, отправленная св. Еленой в Константинополь.

  В 1799 г. в царствование Государя Императора Павла I Петровича, по принятии им звания Гроссмейстера Мальтийского ордена, частица Животворящего Древа разом с иными святынями — десной рукой св. Иоанна Предтечи и Филемскаой (собственно, Филермской) иконой Божией Матери, — были перенесены с острова Мальта в Россию, где пребывали в Гатчинском дворце, затем – в Зимнем, а когда в Гатчине был возведен собор во им св. Первоверховных Апостолов Петра и Павла, вновь возвратились в этот город. Празднование Филемской иконе, в память перенесения чудотворного образа в Россию, было установлено в 1800 году 12 октября по старому стилю.

  После Октябрьского переворота 1917 года святыни оказались в ризнице Архангельского собора Московского Кремля, затем в Эстонии, Дании, Германии и, наконец, в Сербии. Во время II мировой войны реликвии хранились в Черногорском монастыре. Почти 10 лет они были сокрыты в обители св. Василия Острожского, но, когда в начале 50-х гг. власть в Югославии захватили коммунисты, их изъяли и передали в музей. Только летом 1993 года, в день праздника рождества Иоанна Предтечи, десная рука Иоанна Крестителя и часть Животворящего Креста Господня были возвращены Церкви и переданы в Цетинский монастырь Рождества Пресвятой Богородицы.

  Когда Святыни покинули Россию, в Гатчине изготовили копию образа Божией Матери и живописное изображение десной руки св. Иоанна Предтечи. В 1990-х годах гатчинский Петропавловский собор получил в дар частицу Древа Животворящего Креста Господня.

• Рождество Пресвятыя Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Марии

  Годовое кольцо праздников Православная Восточная Церковь начинает считывать от Рождества Богоматери, а заключает церковный год — Ее Успением.

  «Она есть цвет, прозябший от неплодной и застарелой утробы сухого дерева, — сказано о Матери Вожией в Четьях-Минеях, — цвет неувядаемый, присноцветущий девством, цвет благоухающий, родящий благоухание Единаго Царя, цвет, приносящий плод — Христа Бога Господа, единственное яблоко благовонное» (Сентябрь, день восьмой).

  Подробности Рождества Приснодевы, усвоенные иконописью и последованием праздничной службы содержатся в Священном Предании, суть которого передана так называемой «Повестью» Иакова-брата Божия. Изложение «Повести» помещается в Четиях Минеях св. Димитрия Ростовского.

  «Согласно с историею двенадцати колен Израилевых, Иоаким был человеком весьма богатым»,- рассказывается в «Повести» Иакова. Когда в очередной раз приблизился праздник, и он принес пред Господа щедрые дары и жертвы, встал перед ним иудей из колена Рувимова — и напомнил, что Иоакиму, как безчадному, не подобает являться с первинками, ибо он не «произвел собственных первинок во Израиле». Тяжко восскорбел Иоаким; не возвратился он к жене своей Анне, но удалился в пустыню, и разбил там шатер свой. Затем постился он сорок дней и сорок ночей, говоря себе: Не обращусь я ни к еде, ни к питью, покамест не узрит меня Господь Бог мой. Молитва будет мне во снедь».

  Между тем служанка Анны пыталась утешить горько рыдающую госпожу, но услышав в ответ: «Оставь меня!», и сама разобиделась: «Да кто ж я такая, чтобы это /от тебя/ слышать?! Господь затворил утробу твою, веля не принимать твоего плода во Израиле». Как видим, выбор Господень потребовал от праведной четы смирения перед лицом бесчестия, — ибо, по словам Той, кто вскоре грядет стать их Дочерью, Создатель «богатящихся отпустил ни с чем», однако услышал слезную сокрушенную молитву Иоакима и Анны.

  Как гласят древнейшие – отчасти писаные — источники, в основе своей дошедшие до нас от апостольского века, родители Пресвятой Девы владели в Иерусалиме домом неподалеку от Овчей Купели, — где впоследствии Господь Иисус исцелил расслабленного, тридцать восемь лет прикованного к ложу.

  На месте этого дома, память о расположении которого передавалась палестинскими христианами из поколения в поколение, в византийскую эпоху была возведена огромная базилика; по мнению многих археологов, этот храм покрывал и дом праведных Богоотец, и Овчую Купель разом.

  После Третьего Вселенского Собора в Эфесе, когда предание о Рождестве Приснодевы вошло в церковные служебники, дом Иоакима и Анны стал известен большинству общин верных. Собор проходил в 431 году, а к исходу V в. Рождество Марии стали праздновать в Иерусалиме: именно в храме на месте жилища св. Богоотец святой Иоанн Дамаскин произнес свое Богодухновенное Слово: «День Рождества Богородицы есть праздник всемiрной радости, потому что Богородицею весь род человеческий обновился… Она вся — чертог Духа, вся — град Божий, вся — добра, вся — ближняя Богу».

• 15/28 августа — Успение Пресвятыя Славныя Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Марии

  После Вознесения Господня Матерь Божия оставалась на попечении апостола Иоанна Богослова, а в его отсутствие жила в доме его родителей близ горы Елеонской. Она насаждала и утверждала Христианскую Церковь Своим присутствием, словом и молитвами. Во время гонения, воздвигнутого Иродом на юную Церковь Христову (Деян. 12, 1—3), Пресвятая Дева Мария вместе с апостолом Иоанном Богословом в 43 году удалилась в Ефес, в котором проповедовать Евангелие выпал жребий апостолу Иоанну Богослову. Она была также на Кипре у святого Лазаря Четверодневного, бывшего там епископом, и на Святой Горе Афонской, о которой, как говорит святой Стефан Святогорец, Матерь Божия пророчески сказала: «Это место будет Мне в жребий, данный Мне от Сына и Бога Моего. Я буду Заступница месту этому и Богу о нем Ходатаица».

  По преданию, сохраненному церковным историком Никифором Каллистом (XIV в.), Матерь Божия «была роста среднего или, как иные говорят, несколько более среднего; волосы златовидные; глаза быстрые, с зрачками как бы цвета маслины; брови дугообразные и умеренно-черные, нос продолговатый,, уста цветущие, исполненные сладких речей; лицо не круглое и не острое, но несколько продолговатое; кисти рук и пальцы длинные… Она в беседе с другими сохраняла благоприличие, не смеялась, не возмущалась, особенно же не гневалась; совершенно безыскусственная, простая, Она нимало о Себе не думала и, далекая от изнеженности, отличалась полным смирением. Относительно одежд, которые носила, Она довольствовалась их естественным цветом, что еще и теперь доказывает Ее священный головной покров. Коротко сказать, во всех Ее действиях обнаруживалась особая благодать». (Никифор Каллист заимствовал свое описание у святителя Епифания Кипрского + 12 мая 403 г.).

  Обстоятельства Успения Божией Матери известны в Православной Церкви от времен апостольских. В I веке о Успении Ее писал священномученик Дионисий Ареопагит. В IV веке на предание об Успении Матери Божией указывает святитель Епифаний Кипрский. В V веке святитель Ювеналий, Патриарх Иерусалимский, говорил святой благоверной греческой царице Пульхерии: «Хотя в Священном Писании нет повествования об обстоятельствах кончины Ее, впрочем мы знаем об них из древнейшего и вернейшего предания».

  Ко времени Своего блаженного Успения Пресвятая Дева Мария опять прибыла в Иерусалим. Дни и ночи Она проводила в молитве. Нередко Пресвятая Богородица приходила ко Святому Гробу Господню, воскуряла здесь фимиам и преклоняла колена. Не раз покушались враги Спасителя препятствовать посещать Ей святое место и выпросили у первосвященников стражу для охраны Гроба Спасителя. Но Святая Дева, никем не зримая, продолжала молиться пред ним.

  По свидетельству византийского Церковного историка Георгия Кедрина, преставлению Богородицы предшествовало как бы второе Благовещение: «Пресвятая Дева, однажды, коленопреклоненно молилась на том самом месте, где некогда молил о Чаше Божественней Сын Ее, — тогда внезапно предстал перед Нею Архангел Гавриил, и, вручая Ей знамение победы над телесною смертью, ветвь от райского финикового дерева, — возвестил Ей о скором Ее преставлении, долженствующем совершиться через ТРИ ДНЯ». Георгий Кедрин пишет, что ветвь эту нес по Успении перед гробом Богородицы св. апостол Иоанн Богослов.

  На третий день по Успении Богородицы в Гефсиманию пришел безутешный апостол Фома, — и рыдая, склонился над гробовой пещерой. Пожалев его горе, прочие ученики согласились отвалить камень, заграждающий доступ в гробницу, однако Пречистого Тела в ней уже не было, ибо Пресвятая Богородица «как бы сном на малое время смертию уснула, вскоре от нея яко ото сна, воспрянула, и мертвостъ гробную, как сонное от очес дремание оттрясши, узрела безсмертную в свете Лица Господня жизнь и славу» (из Успенского Канона)

  Сохранились свидетельства, что в конце VII века над подземным храмом Успения Пресвятой Богородицы существовала верхняя церковь, с высокой колокольни которой был виден купол Храма Воскресения Господня. Следов этой церкви ныне не видно. В IX веке близ подземного Гефсиманского храма была выстроена обитель, в которой подвизались более 30 монахов.

  Большим разрушениям подвергся храм в 1009 году от гонителя святых мест халифа Хакима. Значительные изменения, следы которых остались и поныне, произвели крестоносцы. В XI—XII веках исчезла из Иерусалима часть вырезанного камня, на котором Спаситель молился в ночь Его предания. Эта часть камня до VI века находилась в Гефсиманской базилике.

  Но, несмотря на разрушения и изменения, общий первоначальный крестообразный план храма сохранился до наших дней.

  Дивна была жизнь Пречистой Девы, дивно и Успение Ее, как воспевает Святая Церковь: «Бог вселенной показует на Тебе, Царица, чудеса, превышающие законы природы. И во время Рождения Он сохранил Твое девство, и во гробе соблюл от истления тело Твое» (канон 1, песнь 6, тропарь 1).

• 6/19 августа – Святое Преображение Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа

  В Преображении Господнем таинственная Божественная сущность Того, Кто в те дни звался Назарянином или Пророком, внезапно стала видимой для трех избранных Им Самим учеников, — или, на языке Церковной словесности, эта Сущность проступила сквозь плотское естество Иисуса. Апостолы Петр, Иаков и Иоанн видели Сына, облик Которого просиял «яко солнце», «одежды Его сделались блистающими, весьма белыми, как снег, как на земле белильщик не может выбелить При этом Апостолы явственно ощутили на себе «благодать Духа Святаго, приходящую, что умный свет, принося обрадование» (по словам св. Симеона Нового Богослова). А когда, на мгновение проникнувшись этим Светом, Петр воскликнул: «Господи! хорошо нам здесь быть, — для него и для Иакова с Иоанном стал внятен и голос Отца Небесного: «Сей есть Сын мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение; Его слушайте» (от Матфея,17,4).

  Автор Третьего Евангелия св. апостол Лука в своем описании Преображения приводит три важнейших подробности: «вид лица» Господа изменился во время молитвы; Пророки Моисей и Илия беседовали с Иисусом «об исходе Его, который Ему надлежало совершить в Иерусалиме» (Лука,9,31); сами же ученики – «отягчены были сном» и это как бы предвещало непреодолимую черную дремоту, что уже вскоре навалится на апостолов в ночном Гефсиманском саду.

  «Радостью исполнились Пророки и Апостолы, — говорит преп. Ефрем Сирин. — Радовались Пророки, ибо узрели здесь Его человечество, которого прежде не видели, радовались Апостолы, ибо узрели здесь славу Его Божества, которого прежде не разумели.».

  Церковная традиция, восходящая по крайней мере к III столетию христианской эры, отождествляет место Преображения Господня с горою Фавор, в южной части Галилеи.

  «Фаворская гора, земное небо, восторг души и насыщение очес православных: ибо некая божественная благодать соприсутствует, осеняющая гору, что и вдыхает радость духовную», — писал некогда грек-критянин, автор паломнических записок Иоанн Фока, чье посещение Святых Мест Палестины пришлось на 1187 год. Но трудно сказать, что именно увидел он на горе Фаворской: в некоторых источниках указывается, что еще в 1181 году войска халифа Саладдина разрушили тамошние монастыри и храмы, насельников — перебили, а на развалинах построили крепость для отражения нападений крестоносцев.

  «В 1217 году состоящие из поклонников толпы крестоносцев ополчились под начальством королей: Венгерского Андрея, Кипрского Угона и Иерусалимского Иоанна, расположились в день Св. Андрея лагерем у подошвы Фаворской горы, против крепости на вершине лежащей» — рассказывает профессор богословия Вениамин Иоаниди, автор некогда знаменитого описания Святой Земли. — Сарацинский гарнизон, как скоро увидел войско крестоносцев приближающимся, пошел ему навстречу у ворот крепости… . Многие кавалеры Орденов Святого Иоанна и Храма пали мертвыми без всякого успеха…».

  Столетием раньше прославленный «игумен земли русской» Даниил упоминает в своем «Хождении» о храмах на Фаворе: «Есть же на самом версе горы место высоко, аки горка каменна, мала, островерха, и на том месте преобразился есть Христос-Бог наш; и ту есть церкви добра создана на месте том во имя Преображенья, а другая во имя святых пророк Моисея и Илии.».

  Все это впоследствии исчезло стараниями разрушителей, и лишь в XIX столетии на Фаворе был построен греческий православный храм, где можно видеть следы сооружений времен святой Царицы Елены, матери св. равноапостольного Императора Константина. Путеводитель для русских паломников, изданный в 1894 г., рассказывает: «Почти час употребляют поклонники, чтобы подняться на священную вершину горы Преображения. У ограды греческого монастыря караван встречается с колокольным звоном и поклонники идут прямо в храм… . Поклонившись святыне, богомольцы располагаются в ограде монастыря, кто как может. Все здание обители, даже храм растворяется настежь для приюта далеких странников. Вечером наши русские иеромонахи, в сослужении всей братии Фаворской, духовных лиц из числа поклонников и в присутствии Митрополита [Назаретского] правят всенощную, а потом уж, под утро, литургию на славянском языке.».

  Сияние Фаворского, — несозданного, несотворенного, — света, совсем рядом с людьми, спящими и грешными — содержит в себе обетование: «невозможно Ему не просветить тех, кто достойным образом участвует в Божественном сиянии Его Тела внутри нас»,- пишет святой Григорий Палама. Именно так преподобный Батюшка Серафим Саровский сподобил своего друга и ученика Н.А. Мотовилова стать тайнозрителем и соучастником пребывания в Свете Преображения. «Представьте себе, в середине солнца, в самой блистательной яркости его полуденных лучей, лицо человека, с вами разговаривающего. Вы видите движение уст его, меняющееся выражение его глаз, слышите его голос, но не видите ни самих себя, ни фигуры его, а только один свет ослепительный, простирающийся далеко, и озаряющий ярким блеском своим снежную пелену, покрывающую поляну, и снежную крупу, осыпающую сверху и меня и Великого Старца»,- рассказывал о случившемся Мотовилов.

  В продолжение ветхозаветного обычая, на Преображение освящаются плоды земные — колосья пшеницы и виноград, «понеже от того бывает вино, на совершение безкровной жертвы приемлемо». В России обыкновенно святят яблоки. Церковь молит Господа, чтобы Он вкушающим плоды даровал освящение души вместе с освящением тела, чтобы хранил жизнь их в покое и радости, чтобы сами эти плоды богато умножал. Церковь Христова благословляет и освящает принесенные плоды святым Именем Бога, в Троице славимого.

• Св. Иоанн Дамаскин — О вере и крещении

  Мы исповедуем единое крещение во оставление грехов (Рим.6,4), и в жизнь вечную. Ибо крещение знаменует смерть Господа. Через крещение мы спогребаемся Господу (Кол.2,12), как говорит божественный Апостол. Следовательно, подобно тому, как однажды совершилась смерть Господа, так и креститься должно однажды; креститься по слову Господа, — во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа (Мф.28,19), научаясь этим исповеданию Отца, и Сына, и Святаго Духа. Поэтому те, «которые, будучи крещены во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа и научены исповедывать одно Божие естество в трех ипостасях, потом перекрещиваются, снова распинают Христа, как говорит божественный Апостол.

  Невозможно бо просвещенных единою и проч. паки обновляти в покаяние, второе распинающих себе Христа и обличающих (Евр.6,4-6). Тем же, которые крещены не во Святую Троицу, должно снова перекрещиваться. Ибо, хотя божественный Апостол и говорит, что мы во Христа и в смерть Его крестимся (Рим.6,3), однако же разумеет здесь не то, что таково именно должно быть призывание при крещении, но то, что крещение есть образ смерти Христовой. Ибо троекратным погружением крещение знаменует три дня гроба Господня. Итак, быть крещенным во Христа значит креститься, веруя в Него. Но уверовать во Христа невозможно, не научившись исповеданию Отца, и Сына, и Святаго Духа. Ибо Христос есть Сын Бога живого. Которого Отец помазал Духом Святым, как говорит божественный Давид: сего ради помаза тя. Боже, Бог твой елеем радости паче причастник, твоих (Пс.44,8). И Исайя от лица Господа говорит: Дух Господень на мне, его же ради помаза Мя (Ис.61,1). И господь, уча своих учеников призыванию, говорил: крестяще их во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа (Мф.28,19). Ибо, так как Бог создал нас в неистление, — а когда мы преступили спасительную заповедь, осудил на тление смерти, чтобы зло не было бессмертным, то, снизойдя к рабам своим, как благоутробный, и сделавшись подобным нам. Он своим страданием избавил нас от тления; из святого и непорочного ребра Своего извел нам источник отпущения: воду для нашего возрождения и омытая от греха и тления, кровь же, как питье, дающее вечную жизнь. И Он дал нам заповеди — возрождаться водою и Духом при наитии на воду Святаго Духа через молитву и призывание. Ибо, так как человек — двусоставен — из души и тела, то Он дал и двоякое очищение, — водою и Духом; — Духом, возобновляющим в нас образ и подобие, водою, очищающею через благодать Духа тело от греха и избавляющего от тления; водою, представляющею образ смерти. Духом же, подающим залог жизни.

  Ибо еще в начале Дух Божий ношашеся верху воды (Быт.1,2); и Писание издревле свидетельствует о воде, что она имеет очистительную силу. Водою при Ное Бог омыл мировой грех.

  Водою очищался по закону всякий нечистый и даже так, что и самые одежды его омывались водою. Илия, попалив водою жертву всесожжения, показал благодать Духа, соединившуюся с водой. И почти все по закону очищается водою. Но видимое служит символом умопостигаемого.

  Так возрождение совершается в душе, ибо вера с помощью Духа усыновляет нас Богу, хотя мы и — твари, и приводит к первобытному блаженству.

  Оставление грехов через крещение дается, таким образом, всем равно,, но благодать Духа — по мере веры и предварительного очищения. Итак, теперь через крещение мы получаем начаток Духа Святаго, и возрождение делается для нас началом другой жизни, печатью, охраною и просвещением.

  Но мы должны всею силою твердо хранить себя чистыми от скверных дел, чтобы, снова возвратившись подобно псу на свою блевотину, нам опять не сделать себя рабами греха (2Пет.2,22). Ибо вера без дела — мертва, равно как и дела — без веры; истинная вера показывается через дела.

  Крестимся же во Святую Троицу потому, что самое крещаемое имеет нужду в Святой Троице как для своего бытия, так и для своего сохранения, и невозможно, чтобы три Ипостаси не пребывали вместе одна в другой, ибо Святая Троица нераздельна.

  Первое крещение было крещение потопом для истребления греха. Второе — крещение морем и облаком, ибо облако — символ духа, а море — воды. Третье — крещение по закону (Моисееву), ибо всякий нечистый омывался водою, вымывал одежды и таким образом входил в стан.

  Четвертое — крещение Иоаново, бывшее предуготовительным и приводившее крещаемых к покаянию, чтобы они уверовали во Христа. Аз убо крещаю вы, говорит он, водою; грядый же пи мне, той вы, говорит он, крестит Духом Святым и огнем (Мф.3,11). Итак, Иоанн водою предочищал к принятию Духа.

  Пятое — крещение Господне, которым Он Сам крестился. Он же крестился не потому, чтобы Сам имел нужду в очищении, но для того, чтобы, усвоивши Себе мое очищение, сокрушить в воде главы змиев (Пс.73,13), потопить грех и погребсти в воде всего ветхого Адама, освятить крестителя, исполнить закон, открыть таинство Троицы, сделаться для нас образом и примером крещения. И мы крещаемся совершенным крещением Господним, т.е. водою и Духом.

  Далее, говорится еще, что Христос крестит огнем; ибо Он излил на святых Апостолов благодать Духа в виде огненных языков, как говорит (об этом) Сам Господь, что Иоанн убо крестил есть водою, вы же имате креститися Духом Святым и огнем не по мнозех сих днех (Деян.1,5); или же по причине крещения, наказывающего будущим огнем.

  Шестое — есть крещение через покаяние и слезы, поистине многотрудное. Седьмое есть крещение кровью и мученичеством, каким ради нас крестился и Сам Христос, — как самое славное и блаженное, которое не оскверняется последующими сквернами.

  Восьмое и последнее — не спасительное, но истребляющее порок, ибо после него порок и грех не будут уже иметь силы, и наказывающее бесконечно.

  Дух Святый сошел на Господа в телесном виде, как голубь, показывая тем начаток нашего крещения и почитая тело (Христово) ибо и оно, т.е. тело, вследствие обожения стало Богом. Притом еще в древности голубь благовествовал прекращение потопа. На святых же апостолов Дух нисходит в виде огня, ибо Он есть Бог, а Бог огнь поядаяй есть (Евр.12,21).

  При крещении берется елей, обозначающий наше помазание и делающий нас помазанниками и возвещающий нам милость Божию через Святаго Духа, так как и голубь принес масличную ветвь спасшимся от потопа.

  Иоанн крестился возложением руки на Божественную Главу Господа и собственною кровью.

  Не должно откладывать крещения, когда вера приступающих к нему засвидетельствована делами. Ибо тот, кто с лукавством приступает ко крещению, скорее будет осужден, нежели получит пользу.